В.кн Петр Николаевич (1864-1931) | История Крым

Великий князь Петр Николаевич был человеком военным, однако от природы имел художественные наклонности — хорошо рисовал, серьезно занимался архитектурой, особенно архитектурой церквей, а знаменитый византиевед академик Н. П. Кондаков высоко ценил великого князя как незаурядного ориенталиста. В 1899 году,Николай II назначил в. кн. Петра Николаевича Председателем "Высочайше утвержденной научно-художественной комиссии по составлению проекта реставрации бывшего ханского дворца в Бахчисарае", в состав которой вошли академик Н.П.Кондаков и архитектор Н.П.Краснов.

В 1904-1909гг. в.кн.Петр Николаевич занимал весьма высокую должность генерал-инспектора по инженерной части, затем был почетным председателем Главного военно-технического управления. В годы первой мировой войны постоянно находился при в.кн.Николае Николаевиче мл., выполняя его поручения. Вместе с братом эмигрировал в 1919 году из Крыма.

Удивительно, насколько непохожи были по складу характера и наклонностям два брата, великие князья "Николаевичи" - Николай и Петр. Несмотря на противоречивость мнений о Николае Николаевиче-младшем[1], составленных авторами многочисленных воспоминаний о нам, в главном они сходятся: это была яркая, сильная личность, человек честолюбивый, вспыльчивый, зачастую резкий в обращении, но несомненно обладавший талантом крупного военачальника, воевало преданный военному делу, и теоретически, и практически знавший и любивший военное ремесло.

В.кн. Петр Николаевич был полной противоположностью своему старшему брату. Тихий, застенчивый, он стал военным явно только в силу незыблемых традиций мужской половины династий Романовых.[2] Его серьезными увлечениями были искусство и коллекционирование старинных рукописей по истории, коневодство и разведение породистых собак (в основном такс, что, кстати, приносило ему некоторый доход).

Видимо, эта внешняя "невыразительность" Петра Николаевича и его неспособность контролировать собственные имущественные дела дали повод выдающемуся государственному деятелю России графу С.Ю.Витте довольно нелестно охарактеризовать этого представителя Романовых:

"Петр Николаевич был очень милый малый, каким он остался и по настоящее время, но весьма ограниченный и с точки зрения деловой - человек совершенно ничтожный".

Но еще более резкий отзыв оставил Сергей Юльевич в своих "Boспоминаниях" о женах великих князей Петра и Николая - Милице(1866-1951) и Анастасии(1868-1935), дочерях черногорского князя Николы I Негоша:

"Ох уж эти черногорки, натворили они бед России... Чтобы рассказать, какие пакости они натворили, нужно написать целую историю; не добром помянут русские люди их память...".

Негодование Витте столь велико, что двух сестер он в основном называет не по именам, а под номерами: черногорки №1(Милица) и №2(Анастасия).

Справедливости ради следует сказать, что эти две смуглые балканки, особняком стоявшие в ряду царской родни, вызывали неприязнь очень многих - как в аристократических кругах, так и у высшей интеллигенции. Именно им ставали в вину и появление при Дворе Григория Распутина, и огромные суммы, уходившие из российского бюджета в казну Николая Черногорского, и увлечение модным тогда спиритизмом, охватившим затем все светское общество, и многое другое.

Сестры окончили Смольный институт благородных девиц в Петербурге, после чего старшая в 1889 году вышла замуж за в.кн.Петра Николаевича, а младшая - сначала за князя Георгия Лейхтенбергского.[3]

Супружество Анастасии Николаевны оказалось неудачным: князь Георгий Максимилианович, для которого это был второй брак, вел довольно легкомысленный образ жизни за границей, где в основном все время и пребывал.

Взаимная и, видимо, сильная любовь герцогини Станы(так звали в.кн.Анастасию Николаевну в царской семье) Лайхтенбергской и в.кн.Николая Николаевича-младшего началась, когда они оба уже были в зрелом возрасте - ему под 50, ей - около 36 лет. Великий князь сразу же порвал многолетнюю связь с актрисой Александрийского театра Марией Потоцкой, а Анастасия Николаевна потребовала от мужа развода.

В императорской фамилии бракоразводные процессы были весьма сложным делом и начинались с прошения на имя государя. Для наглядности приведем отрывок из письма Георгия Лейхтенбергского Николаю II от 30 октября 1906 года:

"Ваше Императорское Величество! Ее Высочество просит меня дать ей согласие на развод, для того чтобы по признании нашего брака законно расторгнутым, вступить в новый брак с ЕИВ в.кн.Николаем Николаевичем. Дело о разводе было возбуждено Ея И.В., а я со своей стороны, сохраняя полное к ней расположение и любовь, и полагая сделать ее счастье, соглашаюсь на развод, подавляя в себе все чувства, присущие человеку, мужу и отцу. Соглашаясь на развод, я считаю необходимым оставить за собою по отношению детей от нашего брака[4] все права отца. <...> Я оставляю сына и дочь на попечении их матери, но, в свою очередь, я вправе желать, чтобы дети сохраняли бы расположение ко мне.<...> Мое благословение всегда будет над ними, вместе с горячими молитвами о счастии их матери и их самих. Позвольте надеяться, что Ваша Величество не откажете мне в моей тяжелой просьбе".

Вступление в брак в.кн.Николая Николаевича с в.кн.Анастасией Николаевной осложнялось двумя обстоятельствами, которые всегда осуждались православной церковью, а тем более в отношении к столь высокородным лицам: Николай и Петр, родные братья, становились, таким образом, мужьями двух родных сестер, к тому же, невеста была разведенной женщиной..

Однако великий князь все-таки добился Высочайшего разрешения жениться на герцогине Лейхтенбергской, в основном благодаря поддержке вдовствующей императрицы Марии Федоровны, всегда ценившей "Николашу". Венчаться решили в Крыму, в Ялте, и там же, в южнобережном имении Анастасии Николаевны "Чаир"[5] провести медовый месяц, чтобы как можно меньше привлекать к этому событию внимание прессы. Как записал в своем дневнике за 1907 год Николай II, 10 апреля состоялся "обед в Гусарском полку, который был также мальчишником для Николаши", 11-го апреля - "Обедали: Николаша, Стана и Петюша(в.кн Петр Николаевич- прим авт).Перед их отъездом в Крым благословили первых иконами к предстоящей свадьбе", а 13-го - "В 6 час. простились с Николашей".

1. В.кн.Николай Николаевич-младший /1856-1929/, внук императора Николая I, сын видного государственного и военного деятеля России в.кн.Николая Николаевича-старшего /1831-1891/, В 1876 году окончил Николаевскую академию генерального штаба. В русско-турецкую войну 1877-78гг. состоял при штабе своего отца, который был тогда командующим русской армией на Балканах. Позже служил в гвардейской кавалерии. В 1895-1905гг. - генерал-инспектор кавалерии. В 1905-1907гг. Председатель Государственного военного совета обороны, в 1905-14гг. - командующий войсками гвардии и Петербургского военного округа. С июля 1914-го (еще до начала мировой войны) и до августа I9I5 года -Верховный Главнокомандующий. После смещения с этой высшей военной должности был назначен наместником Кавказа и командующим Кавказским фронтом. В этом качестве пребывал вплоть до Февральской революции.[вернуться]
2. В 1904-1909гг. в.кн.Петр Николаевич занимал весьма высокую должность генерал-инспектора по инженерной части, затем был почетным председателем Главного военно-технического управления. В годы первой мировой войны постоянно находился при в.кн.Николае Николаевиче, выполняя его поручения. Вместе с братом эмигрировал в 1919 году из Крыма. [вернуться]
3. Князь Георгий /Юрий/ Романовский, герцог Лейхтенбергский, третий сын в.кн.Марии Николаевны, старшей дочери императора Николая I и герцога Максимилиана Лейхтенбергского.
   Брачные союзы "черногорок" с Романовыми имели явную политическую окраску. Как раз тогда Александр III разорвал традиционные узы с Германией, союз с Францией был еще в зародыше, а из всех славян черногорци более всех симпатизировали России. За обедом, данным в честь Николы I Негоша, император провозгласил свой знаменитый тост, чуть было не обернувшийся дипломатическим скандалом: "За моего единственного друга, князя Николая Черногорского".[вернуться]
4. От герцога Лейхтенбергского у в.кн.Анастасии Николаевны было двое детей - сын Сергей (р.1890) и дочь Едена (р.1892). [вернуться]
5. "Чаир" в.кн.Анастасии Николаевны являлся частью бывшего имения "Барбо-Кристо", приобретенного в 1865 году светлейшим князем С.М. Воронцовым у кн.А.Б.Мещерской и занимавшего тогда территорию в 43 десятины. После смерти князя его супруга. кн.М.В.Воронцова продала "Барбо-Кристо" дворянам Титушкину и Токмаковой, которые, в свою очередь, начали распродавать его частями разным лицам. Так образовались имения "Дюльбер", "Мурад-Авур", гр.Клейнмихелей и др. У одного из таких частных владельцев, некоего Яблотова, и приобрела Анастасия Николаевна в 1898 году первые 1,5 дес. своего будущего "Чаира", а в 1902 году площадь усадьбы увеличилась за счет покупки двумя частями еще 2,5дес. земли. [вернуться]

Текст из книги Николая КАЛИНИНА и Марины ЗЕМЛЯНИЧЕНКО "Архитектор Высочайшего Двора
Н.П.Краснов

Председателем "Высочайше утвержденной научно-художественной комиссии по составлению проектов реставрации бывшего Ханского дворца в Бахчисарае" Николай II назначил великого князя Петра Николаевича, известного ориенталиста. Великий князь, а также академик Н. П. Кондаков, выдающийся русский византиевед, и архитектор Н. П. Краснов играли основную роль в составлении проекта реставрации и руководстве всеми работами.

В период Первой Мировой войны Великий князь Петр Николаевич находился при брате, главкоме Николае Николаевиче в звании генерал-инспектора инженерных войск. После отставки Николая Николаевича последовал за ним в Тифлис, потом в Киев. Затем находившееся там Романовы получили разрешение выехать в Крым.

Петр Николаевич с женой, дочерями Марией и Надеждой и сыном Романом оказались в своем южнобережном имении "Дюльбер". Толстые стены дворца спасли их и других членов царской семьи от расправы воинственно настроенных представителей Ялтинского совета, настаивающих на немедленном расстреле всех Романовых.

Великий князь Александр Михайлович уже а эмиграции в "Книге воспоминаний" писал: "Я никогда не думал о том, что прекрасная вилла Петра Николаевича имеет так много преимуществ с чисто военной точки зрения.

Когда он начал ее строить, мы посмеивались над чрезмерной высотой его толстых стен и высказывали предположение, что он, вероятно собирается начать жизнь "Синей бороды". Но наши насмешки не изменили его решения. Он говорил, что никогда нельзя знать, что готовит нам отдаленное будущее. Благодаря его предусмотрительности Севастопольский совет располагал хорошо укрепленной крепостью. "

Южный берег оказался берегом спасения для членов царской семьи. Позднее великий князь Александр Михайлович писал: "Если бы мои братья Николай, Сергей, Георгий своевременно прибыли к нам в Ай-Тодор, они были бы живы".

В апреле 1918 года Ялту оккупировали немецкие войска. Романовым было предложено выехать в Германию, но никто из семьи это предложение не принял. Вскоре немцев в Крыму сменили части Антанты. В декабре 1918 года в Севастополь прибыл британский военный флот и его командующий адмирал Кэльт-роп объявил, что английский король дает в распоряжение вдовствующей императрице, Марии Федоровне корабль для отъезда

в Англию. Но императрица отказалась покинуть Крым, если ей не разрешат взять с собой всех ее друзей, которым угрожает месть большевиков. Ее племянник король Георг V дал согласие. В конце марта в Севастополь прибыл британский крейсер "Мальборо", на котором царской семье, их друзьям придется покинуть родину. 29 марта императрица и ее родственники поднялись на крейсер, офицеры и матросы стояли на палубе по стойке "смирно" и оказывали почести, причитающиеся монарху.

Два дня большой линкор стоял у берега Ялты, окруженный крейсерами, эскадренными миноносцами и другими меньшими судами. На них эвакуировалось большое количество людей, главным образом, друзья и родственники императорского дома. Крейсер "Мальборо" покидал Ялту последним, — такова была воля императрицы Марии Федоровны.

"Наступил момент, решивший нашу судьбу: медленно, почти незаметно мы покинули рейд Ялты" — запомнил этот миг двадцатидвухлетний сын хозяина "Дюльбера" князь Роман Петрович.

После долгих путешествий вдовствующая императрица Мария Федоровна оказалась в Дании. Двери ее дворца Видор были всегда открыты для "дорогих русских соотечественников в изгнании". В храме святого Александра Невского, который они с мужем построили на свои собственные деньги, говорили только по-русски. Прожив в России более полувека, она считала ее своей родиной.

Умерла Мария Федоровна в 1928 году, в руках у нее была библия, которую у нее конфисковали большевики во время обыска в Ай-Тодоре в Крыму. И еще одна удивительная реликвия вернулась к ней незадолго до смерти — икона Божьей Матери "Троеручица", свидетельница кровавой трагедии в Екатеринбурге. Перед этой иконой незадолго до смерти молился ее сын Николай и вся его семья в доме Ипатьева. После свершенного преступления убийцы выбросили икону, ее нашел случайно один "белый" гвардейский офицер, попавший в Екатеринбург после ухода большевиков и хорошо знавший великую княгиню Ольгу Александровну и ее мужа.

Похоронена была Мария Федоровна в Кафедральном соборе небольшого датского городка Роскилле близ Копенгагена. Там собрались представители королевских домов Европы, а также многие высокопоставленные лица и сотни русских эмигрантов.

Саркофаг с прахом Марии Федоровны стоит там уже 70 лет. Три прекрасных русских иконы и лампада на стене напоминают о ее далеком прошлом. На крышке саркофага, в изголовье, на маленьком крестике — фото ее любимого сына Ники.

Через год после матери умер и хозяин имения "Дюльбер", последнего пристанища на родной земле, Великий князь Петр Николаевич.

Как и большинство Романовых, он был военным, но имел художественные наклонности, хорошо рисовал, был специалистом по восточной архитектуре. Не случайно его, как ученого востоковеда, назначил в свое время Николай II председателем научно-художественной комиссии по составлению проекта реставрации бывшего ханского дворца в Бахчисарае. Петр Николаевич, академик Кондаков и архитектор Краснов занимались составлением проектов реставрации и руководили работами.

Живя в своем южнобережном имении, Великий князь Петр Николаевич не был сторонним наблюдателем крымской жизни. Имя его довольно часто встречается в дореволюционных изданиях "Южные ведомости", "Южное слово" и других. Из них становится известно, что великий князь и его жена Милица Николаевна были среди покровителей детского санатория им. профессора А. А. Боброва, открытого в Алупке в 1902 году. Петр Николаевич с дочерью княжной Марией Петровной приняли участие в благотворительном балу, который состоялся в Ялте, и средства от которого пошли на оборудование сцены Народного Дома. На этом балу были и Николай II с дочерьми Ольгой и Татьяной, Великий князь Александр Михайлович дочерью Ириной и многие представители высшего света, владельцы имений на Южном берегу а также их гости. Балы, ярмарки с целью благотворительности проводили каждый год.

Яркие страницы крымской жизни остались не только в небольших заметках старых изданий, но и в памяти тех, кто не по своей воле навсегда покинул родину в годы гражданской войны. В разных странах Европы, Азии, Америки живут сегодня потомки царской семьи. Среди них внук великого князя Петра Николаевича — Великий князь Николай Романович, известный историк, проживающий в Швейцарии.