Археологическая культура | Древний Крым
Тавры - археологическая культура
Все исследователи согласны с тем, что таврам принадлежали могильники из так называемых каменных ящиков. Они открыты во многих местах Южного берега Крыма и Главной гряды Крымских гор. Известны могильники, состоящие из нескольких погребальных сооружений, другие представляют собой десятки каменных ящиков, расположенных, порой, параллельными рядами. Назовем, для примера, некоторые памятники. Могильники из каменных ящиков открыты в нескольких пунктах вблизи Ялты, у Гаспры, на горе Кошка в Симеизе, на горе Малаба близ Алушты, на склонах Чатыр-Дага. Чрезвычайно насыщена таврскими погребальными сооружениями Байдарская долина. В Восточном Крыму каменные ящики обнаружены вблизи Судака, Коктебеля, Щебетовки. Это лишь несколько примеров. Археологам известны десятки таврских могильников, пречисление которых заняло бы слишком много места.
Классический таврский каменный ящик состоит из четырех вкопанных в землю плит, образующих его стенки. Сверху он покрыт пятой плитой. Очень часто каждая стенка каменного ящика состояла из нескольких, подогнанных друг к другу камней. Размеры каменных ящиков варьируют, но не слишком сильно. Вероятно, не будет большой ошибкой описать "средний" каменный ящик, как имеющий несколько более метра в длину, метр в ширину и около метра в высоту. Зачастую они окружены каменными вымостками или оградками из поставленных на ребро камней.
Практически все таврские могильники разграблены (единственное исключение - могильник Мал Муз в Байдарской долине), но сохранившиеся останки позволяют утверждать, что каждый каменный ящик использовался для многократных погребений. Умерших укладывали в скорченном положении на боку до тех пор, пока каменный ящик не заполнялся. Тогда его очищали от костей, оставляя лишь черепа, и продолжали хоронить. В одном из погребений Мал Муза обнаружено 68 черепов. Вероятно, каждое погребальное сооружение служило родовой или семейной усыпальницей.
Вместе с погребенными хоронили различные вещи: оружие (мечи, кинжалы, стрелы) и конскую сбрую скифских типов, многочисленные бронзовые украшения (кольца, браслеты, височные повески, гривны, бляшки, серьги), бусы, раковины каури. Все могильники датируются в пределах VI-V вв. до н.э. Собственно, такая датировка и ареал каменных ящиков не позволяют сомневаться в том, что описанные выше могильники, по праву времени и места, принадлежали таврам древнегреческих письменных источников.
На горе Кошка в Симеизе обнаружено поселение. Оно занимало площадь 1,5 га и было защищено довольно мощной оборонительной стеной с башнями. Внутри поселение застроено небольшими каменными домами. Ниже уровня полов обнаружен слой эпохи бронзы. Исследователи, основываясь на обломках керамических сосудов, относят каменное домостроительство к таврскому слою. П.Н.Шульц полагал, что таврам принадлежали и оборонительные стены. Однако отсутствие аналогий на таврских памятниках и некоторые стратиграфические наблюдения позволяют предположить их средневековый возраст.
В современной науке господствует тенденция связывать с таврами кизил-кобинскую культуру. Однако тем, кто придерживается этой точки зрения, нельзя игнорировать различия между горными и предгорными памятниками. Они проявляются в конструкции каменных ящиков, в меньшем количестве погребенных в одной могиле и в наличии индивидуальных погребений в предгорьях, в более разнообразном ассортименте погребального инвентаря в этом регионе, а также в почти полном отсутствии долговременных поселений на Главной гряде и Южном берегу Крыма, в то время как в пределах Внешней и Внутренней гряд Крымских гор их открыты десятки.
Признание кизил-кобинской культуры таврской расширяет наши возможности при решении некоторых проблем, существенных для этнической истории тавров.
На границе степей и предгорий в VI - IV вв. до н.э. шел процесс метисации тавров (носителей кизил-кобинской культуры) и скифов, что подтверждает ряд подкурганных погребений, сочетающих скифские и таврские черты поминально-погребальной обрядности. На Керченском полуострове скифы ассимилировали некоторые группы проживавших там тавров.
Кизил-кобинская культура прекращает существование в IV или, самое позднее, III в. до н.э. Таким образом, мы лишаемся археологических источников по истории тавров. Но это не означает, что они перестали существовать как этнос. Тавры упоминаются в заслуживающих полного доверия эпиграфических документах первых веков н.э. и у Тацита в связи с событиями войны 49 г. н.э. В то же время и в надписях, и в нарративных источниках для обозначения населения Крыма широко употребляется синтетический термин "тавроскифы" или "скифотавры".
Реконструируемым на основании письменных источников событиям этнической истории Крыма первых веков н.э. можно было бы ожидать подтверждения в материалах раскопок позднескифских памятников. Но ожидания эти оправдываются лишь в малой степени. Следы пребывания тавров среди поздних скифов с трудом улавливаются в некоторых деталях погребального обряда (наиболее ярко в тавельских курганах) и в отдельных формах лепной посуды.
Таврские могильники из каменных ящиков известны в непосредственной близости от Тавеля, в урочищах Тую и Биюк-янкой. Сближает таврские и позднескифские, только что описанного типа, погребения наличие каменных гробниц, обычно называемых каменными ящиками, в которых находятся многочисленные костяки, лежащие ярусами. Как и в Тавеле, в таврских погребениях находят много металлических вещей, бус при минимальном количестве керамических сосудов. Таврские каменные ящики иногда перекрывались курганами. В некоторых случаях вытянутые невысокие насыпи перекрывали сразу несколько погребальных сооружений (могильники Мал-Муз, Уркуста, Черкес-Кермен).
Отмечены и отдельные курганы, например, в Байдарской долине, на плато Джапалах, в могильнике Дружное I, каждый из которых был возведен над одним погребальным сооружением. Причем, во многих случаях, верхние края каменных ящиков, также как и в Тавеле, немного возвышаются над насыпью.
Кизил-кобинские находки обнаружены при раскопках почти всех позднескифских поселений. Но пока не удалось установить, оставались ли тавры в своих поселениях ко времени появления скифов или последние заселяли оставленные прежними жителями места.
Вблизи Ялты в урочище Селим-Бек при вспашке случайно обнаружили множество античных вещей. Среди них не менее 1,5 тысяч римских, боспорских, херсонесских и прочих монет, датируемых I в. до н.э. - IV в.н.э. (большая часть - концом II - III вв.н.э.). Кроме того, найдены бронзовые браслеты, кольца, пряжки, пуговицы, скульптурка лошади, серебряные пластинки, бусы, обломки стеклянных и керамических сосудов. Среди находок есть также глиняные статуэтки, изображающие женщин. Здесь выделяются две группы: типичные греческие терракоты достаточно высокого качества и примитивные, плохо обожженные пирамидки с защипами, обозначающими нос и признаки пола. А.Л.Бертье-Делагард, опубликовавший ялтинские находки, полагал, что они представляют собой приношения в святилище женского божества. По поводу этнической принадлежности создавших святилище людей он высказался очень осторожно определяя их как "местное население", находившееся под боспорским влиянием. Ученые, работавшие позднее в вещами из урочища Селим-Бек, имели гораздо более определенное мнение. Основываясь на находках примитивных статуэток, как бы несовместимых с устоявшимися представлениями об античной культ/ре и месте расположения святилища, они считали его таврским. Заметим, однако, что грубые антропоморфы, подобные ялтинским, найдены в различных северопричерноморских античных поселениях, например, на Боспоре, в Херсонесе, на ольвийской хоре, а также в столице позднескифского государства. Более ничего варварского в святилище под Ялтой не найдено. Поэтому нет оснований исключать его из круга памятников античной культуры.
Святилище, подобное ялтинскому, но более обширное, с многочисленными, разнообразными драгоценными находками исследуется последние годы ялтинскими археологами на перевале Гурзуфское Седло. Среди ранних находок есть некоторое количество оружия и украшений, аналогичных находимым в таврских каменных ящиках. Но наиболее активно святилище функционировало в I в. до н.э. - I в.н.э., когда в качестве жертвоприношений использовались сотни монет, серебряные и бронзовые скульптуры малых форм, медицинские инструменты, керамические и стеклянные сосуды, многие другие вещи. Автор раскопок памятника определяет его как позднескифский. Однако отсутствие, во всяком случае среди опубликованных, каких-либо варварских материалов времени расцвета святилища, заставляет отнести его к памятникам античной культуры.
Впрочем, любые интерпретации останутся гипотетичными до полной публикации результатов
раскопок этого замечательного памятника.
