Происхождение этноса | Древний Крым
Тавры - происхождение этноса
Нет желаемой ясности и в вопросе о происхождении самого этноса. Некоторые исследователи, например, С.А.Жебелев полагали, что не все разбитые скифами киммерийцы ушли из Северного Причерноморья. Некоторые из них отступили в Крымские горы и стали известны грекам под именем тавров. Эту гипотезу, пожалуй, можно назвать интуитивной, основанной на общих представлениях об истории Северного Причерноморья в раннем железном веке. Какие-либо ее подтверждения в письменных или археологических источниках найти невозможно.
A.M.Лесков, основываясь на сходстве отдельных изделий из таврских могильников с находками в памятниках кобанской культуры, реконструировал процесс миграции в конце эпохи бронзы - начале раннего железного века некоторых племен из Центрального и Северного Кавказа через Керченский пролив в Крым. Инфильтрация кавказских племен шла постепенно, осложняясь контактами с носителями Прикубанской и срубной культур. Но, в конечном счете, выходцы из горных районов Северного Кавказа осели в Крымских горах, где за ними закрепился этноним тавры.
Многие исследователи связывали этногенез тавров с местным крымским субстратом. В последние годы эта концепция развивалась В.А.Колотухиным, обосновавшим ее с помощью недавно полученных археологических материалов. Оказалось, что керамический комплекс и погребальный обряд тавров генетически связаны с позднесрубными крымскими памятниками. Обнаружились многослойные поселения, возникшие в эпоху бронзы и продолжавшие существовать в раннем железном веке. Таким образом, представление о таврской культуре, как сформировавшейся на основе позднесрубной, на сегодняшний день лучше всего обосновано археологически. Возможно, на рубеже эпохи бронзы и раннего железного века некоторые позднесрубные племена в степи перешли к кочевому образу жизни и стали известны древним авторам под именем киммерийцев, другие - консолидировались в предгорном Крыму, образовав иной этнос - тавров.
Неоднократно исследователи, обращая внимание на упоминание Геродотом "царей тавров" и на приведенное выше замечание Аммиана Марцеллина об арихах, синхах и напеях, делали вывод об этнической неоднородности тавров, разделении их на различные племена. В целом такое заключение не вызывает возражений. Однако в этой связи следует подчеркнуть, что этнологи для всего племенного мира фиксируют "этническую текучесть", слабую дискретность племен по многим важнейшим этническим показателям, легкость перехода родов и других групп людей из одного племени в другое. Культурные процессы (особенно в материальной культуре) гораздо менее динамичны, чем этнические. Можно даже сказать, что общность культуры создает возможность для безболезненных этнических трансформаций. По мнению некоторых этнологов, деление на племена отнюдь не универсально для первобытности. Возможно, племенная структура возникает только в результате контактов первобытной периферии с классовыми обществами. Поэтому вряд ли перспективны попытки локализовать таврские племена археологическими методами.
Исходя из вышеизложенного, правильно будет называть население горного и предгорного Крыма VIII - III вв. до н.э. таврами. При этом этноним тавры следует рассматривать как собирательный для целого ряда племен.
Тавры (этнос, сформировавшийся путем консолидации части племен, населявших Крым в эпоху поздней бронзы) поначалу концентрировались в предгорном Крыму, занимаясь земледелием и пастушеским скотоводством. В VI в. до н.э. некоторые таврские племена переселялись в горы и на Южный берег Крыма, где в их среде сформировался хозяйственно-культурный тип, связанный с отгонно-пастбищным скотоводством и, возможно, пиратством. Различия в хозяйственной деятельности и некоторая территориальная обособленность привели к формированию специфических черт в материальной и духовной культуре. Таким образом, в VI - V вв. до н.э. тавры были разделены на две субэтнические группы, соответствующие двум хозяйственно-культурным типам.
В IV в.до н.э. произошли обратный отток населения в предгорья и новая консолидация таврских племен на базе оседлого земледельческо-скотоводческого хозяйства. Это заключение основано на том обстоятельстве, что в горах и на Южном берегу Крыма нет погребений, относящихся ко времени более позднему, чем V в. до н.э. В предгорьях многие поселения продолжают существовать в IV - III вв. до н.э.
На границе степей и предгорий в VI - IV вв. до н.э. шел процесс метисации тавров (носителей кизил-кобинской культуры) и скифов, что подтверждает ряд подкурганных погребений, сочетающих скифские и таврские черты поминально-погребальной обрядности. На Керченском полуострове скифы ассимилировали некоторые группы проживавших там тавров.
Кизил-кобинская культура прекращает существование в IV или, самое позднее, III в. до н.э. Таким образом, мы лишаемся археологических источников по истории тавров. Но это не означает, что они перестали существовать как этнос. Тавры упоминаются в заслуживающих полного доверия эпиграфических документах первых веков н.э. и у Тацита в связи с событиями войны 49 г. н.э. В то же время и в надписях, и в нарративных источниках для обозначения населения Крыма широко употребляется синтетический термин "тавроскифы" или "скифотавры".
Начало этих процессов следует отнести, возможно, ко II в. до н.э., когда в источниках тавров начинают именовать "скифским племенем". Смешение тавров и скифов происходило постепенно, поэтому, например, боспорский царь Аспург, воевавший со своими соседями, ясно отличал их друг от друга.
И.Н.Храпунов
