Екатерина Михайловна Долгорукая (1847— 1922), происходившая из древнего русского рода, идущего по прямой линии от Рюрика, Владимира Святого и князя Черниговского Михаила Великомученика, являлась одним из шестерых детей князя М. М Долгорукого, взятых после его смерти «под императорскую опеку». Выпускница Смольного института, редкостная красавица, она с 17 лет связала свою судьбу с Александром II, став на долгие годы сильнейшей привязанностью в его жизни. Эта поздняя любовь (император был старше своей возлюбленной на 30 лет), по словам М. Палеолога, «обратилась в главный импульс его жизни, она подавила обязанности супруга и отца, она оказала влияние на решение основных политических вопросов, она подчинила его совесть и всего его вплоть до смерти».

От этой связи родилось четверо детей — Георгий (1872), Ольга (1873), проживший всего несколько дней Борис (1876) и Екатерина (1878). Высочайшим указом Александра II Правительствующему Сенату они получили дворянские права и титул светлейших князей Юрьевских, в честь их славного предка — восьмого сына Владимира Мономаха — Юрия Долгорукого.

Полтора месяца спустя после кончины законной супруги императора Марии Александровны (22 мая 1880 г) в Большом Царскосельском дворце состоялось тайное венчание русского самодержца с княжной Долгорукой, также получившей отныне титул светлейшей княгини Юрьевской. Наследник цесаревич узнал об этом свершившемся факте только через три дня, после возвращения из Гапсалы, где проходил лечение.

Будучи морганатической женой Александра II, Екатерина Михайловна, даже открыто поселясь в Зимнем дворце, где ей еще при жизни императрицы были выделены государем три скромные комнаты на третьем этаже, прямо над его покоями, не могла занять подобающего супруге императора места среди великих князей и княгинь, и Александр II серьезно был озабочен тем, как упрочить ее положение. Имея целью возведение Юрьевской в сан императрицы, он, соблюдая необходимые формальности по узаконению своего бракосочетания, искал возможности наименее болезненного изменения церемониала и обычаев, связанных с коронацией цариц. Одновременно, словно предчувствуя свой близкий конец, он составил завещание, обеспечивающее материальную независимость жены и детей, и поручил свое возлюбленное семейство в случае смерти заботам сына Александра. Со слов самой Юрьевской, император будто бы предполагал после ее коронации и исполнения намеченных на ближайшее время важных государственных дел отречься от престола в пользу наследника и, обратясь в простого смертного, провести остаток дней за границей, где ему виделись идиллические картины семейного счастья, которым не суждено было осуществиться

Последующие годы княгиня Юрьевская провела за пределами России, ведя жизнь богатой иностранки, целиком ушедшая в своих детей, она не имела больше сердечных увлечений. Подолгу жила в Ницце, где и умерла в 1922 году.

Текст и фотографии из книги М.П.Ирошникова, Л.А.Процай, Ю.Б.Шелаева
"Николай II - последний росийский император
Санки-Петербург, 1992г.

Известный биограф Николая I Н. К. Шильдер так передает общее впечатление о наследнике цесаревиче великом князе Александре Николаевиче:

«Наследник престола, великий князь Александр Николаевич, достигнув 16-летнего возраста... соединял в себе все, чего ... можно желать от молодого царевича, предназначенного к таким высоким судьбам. Статный ростом, с прелестным лицом, в котором выражались мягкосердечие и мыслительность, с благородною привлекательною осанкою, с врожденною вежливостью. Он умел так же хорошо сам вести беседу, как и с пользою слушать других. Ловкий во всех телодвижениях, он прекрасно ездил верхом и отличался во всех гимнастических упражнениях; прилежный к урокам, выказывал всегда большую любознательность и быстро успевал во всех науках; нежно почтительный к родителям, любя их со всею горячностью своих лет, был заботлив к своим сестрам и меньшим братьям и искренне привязан к товарищам своих игр и уроков, молодому графу Виельгорскому и Паткулю; наконец, не оставлял ничего желать ни своим родителям, ни публике, которая с каждым днем более и более к нему привязывалась».

Слова придворного историка об Александре II вряд ли были сильным преувеличением. Его отец, будущий император Николай I, не имевший возможности собственнолично заниматься сыном, тем не менее сумел, и тут надо отдать ему должное, великолепным образом подобрать ему учителей и наставников. Когда Адександру минул шестой год, отец признал необходимым передать его воспитание в мужские руки. При выборе воспитателя юного великого князя, Николай Павлович остановился на капитане лейб-гвардии Измайловского полка Карле Карловиче Мердере, которого лично знал как прекрасного ротного командира в основанной им школе гвардейских подпрапорщиков.

Мердер сразу же вступил в должность, всецело посвятив себя своему воспитаннику, который привязался к нему и полюбил его всем сердцем. Трудно представить более лестную характеристику педагогу и воспитателю вообще, нежели та, что была дана К. Мердеру другим учителем и наставником Александра II известным русским поэтом Василием Андреевичем Жуковским:

«В данном им воспитании, не было ничего искусственного; вся тайна состояла в благодетельном, тихом, но беспрестанном действии прекрасной души его... Его питомец... слышал один голос правды, видел одно бескорыстие... могла ли душа его не полюбить добра, могла ли, в то же время, не приобрести и уважения к человечеству, столь необходимого во всякой жизни, особливо в жизни близ трона и на троне».

В 1826 году Жуковский, с большим воодушевлением воспринявший высочайшее поручение, представил государю императору Николаю I тщательно, до деталей, разработанный им «План учения» наследника, включавший в себя программу нравственного и умственного развития его царственного питомца. Весь курс распределялся на три периода — «приготовительный», от восьми до тринадцати лет; «учение подробное» — от тринадцати до восемнадцати и «применительное» — от восемнадцати до двадцати лет. Программа обучения будущего императора предусматривала овладение им несколькими иностранными языками: французским, немецким, английским и польским, русской литературой и грамматикой, историей, физикой, химией, географией, ботаникой и зоологией, минералогией и геологией, логикой и психологией, основами права и статистики, различными военными и, естественно, религиозными знаниями. Кроме того, развитию природных дарований великого князя немало способствовали занятия рисованием, музыкой, гимна стикой, фехтованием, верховой ездой, ручной работой и т. д.

  Учеба Александра проходила под жестким контролем не только учителей и наставников, но и августейших родителей. Мальчик был обязан ежемесячно сдавать экзамены в присутствии императрицы-матери и каждые полгода в присутствии императора-отца о достижении совершеннолетия юный Александр Николаевич в сопровождении Жуковского и других воспитателей — флигель-адъютанта Юрьевича и генерала Кавелина — совершил путешествие по России, а также стал первым представителем царского рода, посетившим Сибирь. Следствием этой поездки явилось значительное смягчение режима заключенных и политических ссыльных. Заметим, что и восшествие Александра II на престол ознаменовалось амнистией оставшимся в живых ссыльнокаторжным декабристам, петрашевцам и участникам польского восстания 1831 года.

Результаты просвещенного и гуманистического воспитания проявились уже в юношеском возрасте Александра. Приступая к началу своей государственной деятельности, он — и по душевному настрою и по чувству ответственности — представлял собой уже вполне сформировавшуюся личность, отличавшуюся к тому же завидной храбростью. Во время его путешествия по Кавказу при переезде из Воздвиженской крепости в Ачхай произошла стычка с чеченцами. Скакавший, по обыкновению, с авангардом Александр заметил неприятельскую цепь и помчался к ней, увлекая за собой всю свою свиту, генералов отряда и казаков конвоя. В результате столкновения предводитель чеченского отряда оруженосец Наиба Самбдулы был убит, а его тело и оружие захвачены казаками. Очевидец этого эпизода кавказский наместник князь Воронцов писал государю с удовлетворением, что «не только все войска, составлявшие отряд, почти все генералы кавказской армии, но и огромное количество милиции разных племен... были лично свидетелями истинно военного духа и благородного, можно даже сказать, излишнего порыва в знаменитой груди Наследника российского Престола». За проявленное мужество Александр был награжден орденом св. Георгия 4-й степени.

Эти отменные качества — храбрость и хладнокровие в минуты опасности — Александр II не утратил и впоследствии, что в 1879 году просто спасло ему жизнь. Не потеряв самообладания под пулями стрелявшего ему в спину Соловьева (тот сделал пять выстрелов из револьвера), Александр догадался преодолеть расстояние до ближайшего подъезда не напрямик, как подталкивало естественное чувство самосохранения, а зигзагами, петляя из стороны в сторону и не давая возможности покушавшемуся прицельно стрелять.

Однако эти же свойства в конечном итоге способствовали гибели монарха, когда 1 марта 1881 года он вышел из кареты к пострадавшим и навстречу своему убийце.

Будучи законным наследником российского императора, Александр II очень серьезно готовился к столь ответственной миссии. В течение почти двадцати лет со дня своего совершеннолетия и до восшествия на престол он принимал самое активное участие в управлении государством. Он занимал не только ответственные военные должности, но был также введен отцом в Сенат, в Синод, Комитет министров и даже в Государственный совет. Во время отсутствия Николая I Александр Николаевич часто заменял его. В 1848 году он выполнял самые различные дипломатические поручения при венском, берлинском и других европейских дворах, пройдя, таким образом, своего рода высшие курсы государственных наук — военных, дипломатических, законоведческих. Надо заметить, что вообще значительную часть своей жизни Александр II провел вне дома — в заграничных путешествиях и поездках по стране.

Его вступление на престол 19 февраля 1855 года произошло в очень сложное для России время. Внутреннее и внешнее положение страны без всякой натяжки можно охарактеризовать как крайне тяжелое. Неудачи русских войск в Крыму были столь очевидны и удручающи, что это дало даже основания говорить о намеренном уходе из жизни Николая I (существует вполне аргументированная версия о самоубийстве императора). Поэтому главной политической и военной задачей нового государя было скорейшее завершение на более или менее приемлемых условиях проигранной Крымской кампании, что, впрочем, скоро и произошло.

Вступая на престол, Александр II по традиции в своем манифесте обещал подданным следовать по стопам предков — Петра Великого, Екатерины II, Александра Благословенного и своего родителя. Действительные же его намерения были еще не ясны.

Полный надежд обратился к нему из Лондона с открытым письмом А. И. Герцен.

«Государь, Ваше царствие начинается под удивительно счастливым созвездием,— писал знаменитый издатель „Колокола".— На Вас нет кровавых пятен, у Вас нет угрызений совести. Весть о смерти отца Вам принесли не убийцы его. Вам не нужно было пройти по площади, облитой русской кровью, чтобы сесть на трон. Вам не нужно было казнями возвестить народу Ваше восшествие. Летописи Вашего дома едва ли представляют один пример такого чистого начала. Разумеется, моя хоругвь не Ваша: я неисправимый социалист, Вы самодержавный император; но между Вашим знаменем и моим может быть одно общее, именно... — любовь к народу... И во имя ее я готов принести огромную жертву. Чего не могли сделать ни долголетние преследования, ни тюрьма, ни ссылка, ни скучные скитания из страны в страну, то я готов сделать из любви к народу. Я готов ждать, стереться, говорить о другом, лишь бы у меня была живая надежда, что Вы что-нибудь сделаете для России.

Государь, дайте свободу русскому слову. Уму нашему тесно, мысль наша отравляет нашу грудь от недостатка простора, она стонет в цензурных колодках. Дайте нам вольную речь... Нам есть что сказать миру и своим.

Дайте землю крестьянам,— она и так им принадлежит».

Действительно, Крымская война настолько обострила социальные противоречия, что не требовалось быть «неисправимым социалистом», чтобы осознать необходимость скорейших и самых глубоких реформ. И как только был решен главный вопрос об окончании войны и подписан Парижский мирный договор, началась полоса внутреннего обновления страны. Мысль о необходимости преобразований прозвучала уже в заключительных словах Высочайшего манифеста 19 марта 1856 года, известившего подданных об окончании войны:

«При помощи небесного Промысла, всегда благодеющего России, да утвердится и совершенствуется ее внутреннее благоустройство; правда и милость да царствует в судах ее; да развивается повсюду и с новою силою стремление к просвещению и всякой полезной деятельности и каждый под сенью законов, для всех равно справедливых, равно покровительствующих, да наслаждается в мире плодом трудов невинных...»

Как писала специалист по истории реформ 60-х годов XIX столетия Л. Г. Захарова, «на первых порах, особенно в 1856 г., новизна внутренней политики выразилась в снятии множества запретов; последовали отмена стеснений, введенных в университетах после 1848 г., уничтожение военных поселений, генерал-губернаторов в Харькове и Витебске, разрешение свободной выдачи заграничных паспортов (выезд увеличился в четыре с лишним раза с 1856 по 1859 г.— с 6тыс. до 26 тыс. человек), ослабление цензурного гнета, предоставление возможности „упрочить торговые наши связи с иностранными государствами и заимствовать оттуда сделанные в последнее время в Европе усовершенствования в науке", сокращение армии, прощение недоимок и освобождение на три года податных сословий от рекрутских наборов и др.».

Однако это было только начало. Фактически с этого времени в российский обиход вошло понятие «гласность», ставшее символом 1856 года. Великим реформам предшествовало раскрепощение духовных сил общества, в общем-то и явившееся их предпосылкой.

«Это было удивительное время,— вспоминал о 60-х годах один из известных деятелей революционно-демократического движения в России Н. В. Шелгунов,— время, когда всякий захотел думать, читать и учиться и когда каждый, у кого было что-нибудь за душой, хотел высказать это громко. Спавшая до того времени мысль заколыхалась, дрогнула и начала работать. Порыв ее был сильный и задачи громадные. Не о сегодняшнем дне шла тут речь, обдумывались и решались судьбы будущих поколений, будущие судьбы всей России, становившиеся в зависимость от того или другого разрешения реформ. Эта заманчивая работа потянула к себе всех более даровитых и способных людей и выдвинула массу молодых публицистов, литераторов и ученых, имена которых навсегда связались с историей русского просвещения и с блестящим, но коротким моментом шестидесятых годов, надолго давшим свое направление умственному движению России, как бы оно по временам ни затихало».

Первый лист манифеста 1861г. об освобождении крестьян

19 февраля 1861 года прозвучало Высочайшее повеление об освобождении крестьян от крепостной зависимости; 1 января 1864 года последовало издание Положения о земстве, в соответствии с которым населению губерний и уездов всех сословий предоставлялась возможность через своих выборных решать практически все вопросы хозяйственного управления. Спустя еще шесть лет, в 1870 году, появилось на свет Городовое Положение, которое дало право внутреннего самоуправления и всем горожанам.

20 ноября 1864 года были утверждены судебные уставы, положившие начало глубоким реформам в области судопроизводства. Суд, совершенно отделявшийся от других ведомств, отныне становился гласным, независимым, с участием присяжных заседателей из местных жителей. Мировые судьи отныне должны были избираться населением. Впервые вводились состязательность судебного процесса, самостоятельная адвокатура и право на защиту.

В 1874 году, незадолго до очередной русско-турецкой войны, был принят воинский устав, который обязал все мужское население страны нести воинскую повинность сроком от 6 месяцев до 6 лет, в зависимости от образования. Большие изменения начались и в системе женского образования, возникли многочисленные женские курсы, которые вели обучение по университетским программам, а сами университеты по уставу 1863 года получили самоуправление, выбирая коллегии профессоров и ректора. Стало развиваться начальное народное образование.

Крупных и несомненных успехов достигла Россия в это время и в области внешней политики. Благодаря искусству своих дипломатов, и в первую очередь князя А. М. Горчакова, русская сторона осенью 1870 года смогла безболезненно отказаться от соблюдения крайне невыгодных для нее условий Парижского мирного договора — ограничения ее морских сил на Черном море. В 1859 году был окончательно присоединен сначала Восточный, а затем, в 1864 году, и Западный Кавказ. По Айгунскому договору 1858 года с Китаем в пользу России отошел Амурский, а по Пекинскому I860 года — Уссурийский край. В период между 1865 и 1880 годом Российская империя сделала ряд стратегически важных приобретений в Средней Азии — Туркестан, Хива, Бухара и другие. Победоносно завершилась почти под стенами Константинополя так называемая освободительная балканская кампания 1877—1878 годов, что принесло не только независимость болгарам от многовекового турецкого ига, но и привело к значительному укреплению русского влияния на Балканах.

На этом, пожалуй, стоит остановиться, так как перечислять успехи и достижения России в период правления Александра-Освободителя можно еще долго. К сожалению, не менее долог оказался бы и перечень того, что не удалось осуществить императору. В упоминаемом письме к нему Герцен готов был «ждать, стереться, говорить о другом» за одну только надежду, что царь что-нибудь сделает для России. Однако очень скоро это «что-нибудь» получило в глазах общественности, по крайней мере, неоднозначную оценку. Далеко не все видели в Александре великого реформатора и мудрого государственного мужа, сумевшего силою своего личного авторитета повлиять даже на многочисленные консервативные слои общества и «сдвинуть» страну с места; многие усматривали в нем лишь еще более изощренного, чем «папенька», реакционера, царя-обманщика, оставившего крестьян без земли.

1 марта 1881 года по приговору Исполнительного комитета «Народной воли» в расцвете сил император Александр II был убит. Обычно по воскресеньям царь делал смотр своей гвардии в Михайловском манеже. Это были знаменитые разводы, где часто присутствовали даже главы иностранных миссий. Церемония была праздником для молодых офицеров конной гвардии, из числа которых император избирал себе ординарцев. Только в самых редких случаях Александр II не присутствовал на разводах. И в тот роковой день, когда после окончания смотра в Манеже император около трех часов пополудни проезжал по Екатерининскому каналу, под его карету метальщиком Рысаковым была брошена бомба, которая убила и ранила нескольких казаков конвоя и случайных прохожих. Император вышел из экипажа и обратился к задержанному гренадерами террористу со словами: «Что ты сделал, сумасшедший?»

По преданию, в тот момент, когда Александр II в ответ на вопрос одного из приближенных: «А Ваше Императорское Величество не ранены?» — ответил: «Слава Богу, нет!», Рысаков, улыбнув шись, произнес: «Что? Слава Богу? Смотрите, не ошиблись ли?» И действительно, другой молодой человек, метальщик Гриневицкий, бросил бомбу под ноги императору.

Происшедшие и последующие события обстоятельно воспроизведены в опубликованном в 1882 году в Петербурге «Дневнике событий с 1 марта по 1 сентября 1881 года», вобравшем в себя показания многих очевидцев. Картина, открывшаяся их взору после того, как рассеялся поднятый взрывом снежный и дымный столб, производила потрясающее впечатление:

«Двадцать человек, более или менее тяжело раненных, лежали у тротуара и на мостовой, некоторым из них удалось подняться, другие ползли, иные делали крайние усилия, чтобы высвободиться из-под налегших на них при падении других лиц. Среди снега, мусора и крови виднелись остатки изорванной одежды, эполет, сабель и кровавые куски человеческого мяса».

Разлетелись стекла газового фонаря и искривился его остов. Карета, в которую не успел сесть император, была искорежена взрывом, а сам он, мертвенно-бледный, залитый кровью, без фуражки, в растерзанной шинели (от нее остался только воротник и не более полуаршина верха — все остальное разлетелось в клочья), полулежал, опираясь руками на землю и откинувшись корпусом назад. Размозженные ноги были обнажены, кровь текла ручьями, одна ступня была оторвана совсем.

Полубесчувственного монарха уложили в сани и, исполняя его волю, повезли в Зимний дворец. Уходящее сознание императора еще цеплялось за жизнь. Опасаясь за сына, Александр спрашивал «жив ли наследник», и на утвердительный ответ даже пытался сделать крестное знамение. Он еще воспринимал слова своего брата, великого князя Михаила Николаевича, срочно прибывшего к месту катастрофы, и просил отвезти его «скорее домой». Его сильно знобило, и он все повторял, что ему «холодно». Квартирмейстер 3-го флотского экипажа Курышев передавал, что государь сказал: «Накройте меня платком»,— и на замечание, что платок грязен, повторил это еще раз. Казак конвоя Кузьменко слышал, как он спрашивал тоже пострадавшего от взрыва ротмистра Кулебякина, который поддерживал в пути ноги и нижнюю часть туловища умирающего: «Ты тоже ранен?» Но жить Александру оставалось уже считанные часы. Когда сани остановились у дворцового подъезда, в них оказалось столько крови, что ее пришлось буквально выливать.

Не справляясь с волнением, сопровождавшие не сразу смогли даже открыть дверь. Лифт был мал, и монарха поднимали в его кабинет, где уже стояла приготовленная кровать, прямо на руках.

«Здесь же,— как рассказывалось в книге „Правда о кончине Александра II. Из записок очевидца" (штутгартское издание 1912 года),—была подана первая медицинская помощь — все было, однако, напрасно. Великий князь Михаил Николаевич дал знать наследнику и всем членам семьи о случившемся.

В кабинете первая у кровати монарха — самая несчастная из женщин — княгиня Юрьевская, старавшаяся просьбами и рыданиями призвать супруга к жизни и вызвать его сознание...

Вскоре прибыл Наследник Цесаревич со своей Августейшей Супругой. Ужас выразился на их лицах, и они рыдали подобно маленьким детям...

Кабинет наполнился Августейшими членами Царской семьи и высшими сановниками. Какой-то не поддающийся описанию ужас выразился у всех на лице,— как-то забыли, что и как случилось, и видели лишь ужасно покалеченного монарха... Перед дворцом в это время было настоящее столпотворение. Люди столпились там тысячами в ожидании сведений из дворца. Эти сведения гласят все печальнее и печальнее... Величественный флаг над дворцом опускается. В 1/2 4-го Господу Богу угодно было покончить страдания Царя-Освободителя. Народ, рыдая, опускается на колени и беспрестанно крестится и кладет земные поклоны!..»

Известие об этом тягостном событии быстро разнеслось по всей стране, взбудоражив не только столицы, но и далекие провинции. Мало кто из россиян оставался равнодушным, узнавая тяжелые подробности происшедшего. Но в высших сферах эта трагедия вызвала настоящий шок.

«Такое страшное злодейство свершилось, что до сих пор не могу прийти в себя,— писала в дневнике вечером того же дня жена генерала Е. В. Богдановича Александра Викторовна.— Было у нас много народу. Еще не все разошлись,— вбежал Скалон со страшным криком: „Сейчас было покушение на жизнь государя. Царь сильно ранен, двое конвойных убиты и еще 8 человек контужено и ранено". Е. В. (речь идет о ее муже Евгении Васильевиче.— Авт.) подбежал к нему, не доверяя известию. Скалон был у нас в 2 часа и несколько минут. Е. В. тотчас же отправился ко дворцу. Там масса народу, войска, свита государя, министры — толпились у дворца. Никого не впускали во дворец, кроме членов Императорской фамилии... Случилось это в 1 3/4 часа, и уже в 3 часа 35 минут царя не стало. Такой позор трудно перенести. У нас целый день сменялся народ — все с негодованием относятся к этому страшному делу. Е. В. был у митрополита, у Лориса. Скорбь великая. Дай Бог, чтобы еще не прибавилось позорного пятна на страницы русской истории...»

Многие из собравшихся в тот скорбный момент в Зимнем дворце буквально несколько часов назад были в Михайловском манеже и видели императора во всем блеске, на великолепном вороном коне въезжавшим в манеж под громовые «ура» выстроившихся по команде наследника цесаревича войск. На глазах у полусотни генералов и генерал-адъютантов Александр II, раскланявшись на все стороны, поздоровался с войсками, а в ответ ему зазвучало привычное: «Здравия желаем Вашему Императорскому Величеству!» И никто не знал, что это воинское приветствие раздалось для него в последний раз. Император в тот день казался чуть бледнее обычного, но тем не менее все равно полностью оправдывал мнение многих современников, не без оснований считавших его одной «из самых величественных и самых красивых личностей, какая когда-либо сидела на троне».

Текст и фотографии из книги М.П.Ирошникова, Л.А.Процай, Ю.Б.Шелаева
"Николай II - последний росийский император
Санки-Петербург, 1992г.

Предком Романовых был Андрей Иванович Кобыла, боярин московских князей второй четверти XIV века. До начала XVI века они именовались Кошкиными, по прозвищу пятого сына Андрея Ивановича — Федора Кошки, затем носили фамилию Захарьиных.

Возвышение Захарьиных относится ко второй половине XVI века и связано это с женитьбой Ивана Четвертого на дочери Романа Юрьевича — Анастасии.

Родоначальником Романовых был третий сын Романа — Никита Романович, с 1562 г. боярин, активный участник Ливонской войны и многих дипломатических переговоров. После смерти Ивана Грозного Никита Романович возглавил регентский совет. Из сыновей его наиболее известны Федор и Иван.

Династия Рюриковичей пресеклась после смерти царя Федора Ивановича и при подготовке к выборам нового царя была названа в качестве претендента кандидатура Федора Романова.

При Борисе Годунове последовала опала Романовых и их ссылка. Федор был подстрижен в монахи под именем Филарета.

Новое возвышение Романовых началось во время правления Лжедмитрия, который выдавал себя за сына Ивана Четвертого. В Тушинском лагере Лжедмитрия Второго Филарет был наречен русским патриархом, которого в народе любили и уважали.

На Земском соборе 1613 года его сын, шестнадцатилетний Михаил, был избран русским царем. Вот с этого времени в России до революции 1917 года правил дом Романовых. И хотя династия Романовых в прямом мужском поколении пресеклась со смертью Петра Второго, сына Алексея (Петровича) и внука Петра Первого, а в прямой женской линии — со смертью императрицы Елизаветы Петровны, дочери Великого Петра, фамилию Романовых носили все последующие императоры.

В народе ходили две легенды, что спасение Руси наступит тогда, когда царем станет человек по имени Михаил, другая предвещала, что с Михаила династия начнется, Михаилом же и закончится. Так и случилось. Отрекшегося от престола Николая II на один день сменил Михаил II.

При Романовых Россия спаслась от распада и стала великой державой.

Что стало потом, мы знаем. Девятнадцать Романовых уничтожили большевики. Сегодня уже не вызывает сомнения, что все девятнадцать были абсолютно не виновны и приняли мученическую смерть только потому, что носили фамилию Романовых. Других причин их истязать и убивать не было.

Но и сегодня ни Николай II, ни его жена и дети не реабилитированы как жертвы политических репрессий. Реабилитированы лишь четыре Великих князя: Дмитрий Константинович, Павел Александрович, Николай Михаилович, Георгий Михайлович.

Имения этих великих князей находились на Южном берегу Крыма, недалеко от царской Ливадии, которая с 1860 года по 1917 год была их летней резиденцией.

Летней резиденцией для потомков августейшей семьи сегодня является поместье Кер-Арганит, расположенное в северной французской провинции Бретань, недалеко от Изумрудного берега пролива Ла-Манш.

Праправнук Александра II Освободителя, Великий князь Георгий Михайлович, отметивший свое семнадцатилетие, его мать Мария Владимировна — глава Российского Императорского Дома и бабушка, Леонида Георгиевна, урожденная княжна Багратион-Мухранская, представительница грузинского царского рода, жена покойного Великого князя Владимира Кирилловича, живут в особняке Кер-Арганит, который уже многие годы является их летней резиденцией.

Все они очень любят свое поместье, с нетерпением ожидают летнего сезона, чтобы переехать из душного, шумного Мадрида, места своего постоянного жительства, в тихий утолок северной французской провинции.

Это место стало для них родным, потому что оно всегда было маленькой частицей России. Все помещения особняка и сегодня увешаны православными иконами, картинами и фотографиями русских самодержцев. Непередаваемый уют создают камины, которые есть практически в каждой комнате особняка.

Говорят в этом доме в основном по-русски, на нем здесь высказывают слова благодарности в знак особого расположения. Русский язык — это язык откровенных бесед, воспоминаний и самых серьезных разговоров о России.

На французском говорят здесь с многочисленными гостями, которых всегда полон дом. Это парижские банкиры и православные священники, потомки "белых" генералов и предприниматели, люди искусства со всей Европы.

В последние годы немало посланцев и из России. Английский язык используется, главным образом, в ходе шутливых перебранок, по-испански их высочества говорят в тех случаях, когда к предмету разговора не стоит привлекать внимание окружающих.

Великий князь Георгий Михайлович увлекается фехтованием и плаванием, катается на трехметровых волнах Ла-Манша. Как многие мужчины на земле, Георгий неравнодушен к оружию, которого в доме великое множество: от древнего сюрикена до тяжелого дедушкиного револьвера.

Как и все Великие князья династии Романовых, Георгий мечтает стать военным, но поступить в России в военное училище и посвятить себя службе Отечеству он пока не может, так как Россия еще не определила свое отношение к членам династии Романовых.

Пока что Георгий учится в Оксфордском университете, в котором и в прежние времена учились представители русской аристократии, и который закончила Мария Владимировна.

В 1991 году после падения коммунистического режима Романовы смогли, наконец, сменить паспорта беженцев на российское гражданство.

Так же, как и многие члены царских семей, Романовы занимаются общественной и культурной деятельностью, которая направлена на поддержку Российского государства.

Несколько лет назад Великий князь вместе с матерью Марией Владимировной приезжали в Россию. Тепло принимали россияне потомков царской семьи. Но к сожалению, в маршрут их путешествия по родной стране не входил Крым, где жили многие представители семьи Романовых и где была последняя резиденция царя Николая II.

Великолепный, празднично-белый дворец и сегодня привлекает внимание многочисленных туристов и гостей солнечного полуострова, напоминая о царской семье из династии Романовых, страницах истории Российского государства.

Здесь же на Южном берегу Крыма сохранились и другие имения великих князей, украшая и дополняя неповторимый ландшафт побережья.