Мангуп - южный монастырь - фресковые росписи

Первая графическая фиксация фресок была выполнена художником Вебелем в конце 40-х гг. XIX в., делавшим рисунки крымских памятников для альбома, готовившегося к изданию графом А. Уваровым, но, к сожалению, так и не изданного.

Художник передал общий вид интерьера церкви из северо-западного угла, захватывая большую часть алтаря с фресками, бывшими в то время в удовлетворительном состоянии.

В 1888 г. отдельной книгой был выпущен «Отчет об учебной экскурсии Симферопольской гимназии», одним из объектов посещения которой был Мангуп. Текст сопровождался иллюстрациями, выполненными А.Архиповым. Одна из них изображает в фас алтарную часть церкви и довольно точно передает основные сохранившиеся сюжеты росписи, но без проработки деталей. Описание фресок в тексте, к сожалению, очень краткое, отмечается их хорошая сохранность.

Гораздо подробнее они описаны в путеводителе по Крыму, изданном в 1914г., здесь уже отмечены повреждения обрамления ниши в алтаре и некоторых фигур.

Удовлетворительной сохранность росписей была еще в 1911 г., когда А. Маркевич-совершил объезд ряда «пещерных городов» и отметил, что, при катастрофическом состоянии памятников Мангупа, утешительно одно — церковь с фресками на южной стороне Мангупа остается в прежнем состоянии.

Когда в конце 50-х гг. О.Домбровский приступил к исследованию и частичной реставрации фресок, они уже были существенно разрушены. В настоящее время под слоем копоти и «автографов» невежественных посетителей с большим трудом можно рассмотреть контуры фигур, не говоря уже о деталях, поэтому общее описание композиций мы даем на основании разновременных публикаций.

В цилиндрической части ниши, в апси-
де в круге, — сильно поврежденное изображение Христа-Эммануила, над ним в конце ниши шестиконечный оранжево-красный «процветший крест». Ветвями аканфа из его нижнего ствола оплетена вся ниша. Над перекладиной креста буквы: слева IC, справа ХС, под ней слева HI, справа КА, то есть обычная монограмма Христа. По кайме вокруг ниши просматривалась надпись, по предположению О.Домбровского, — текст из Евангелия.

Слева и справа от ниши в цилиндрической части апсиды от центра с каждой стороны изображены святители во весь рост, со свитками в левой руке и с правой, поднятой для крестного знамения. Надписи просматривались (1914 г.) только у двух: «Хризостомос» (Златоуст) и «Григорий».

В конхе — пятифигурная композиция. В центре — Христос, восседающий на троне («Царь царствующих»), с приподнятой для благословения правой рукой и Евангелием в лежащей на колене левой руке.

Фигуры, предстоящие по сторонам трона, во время изучения памятника О.Домбровским были очень сильно повреждены, исследователь предположил, что крайние две входят в композицию Деисуса, причем вместо Предтечи в данном случае изображен, скорее всего, апостол Иоанн. В путеводителе же прямо указано, что это был именно Иоанн Предтеча. Между этими фигурами и Христом размещались шестикрылые херувимы —«лики закрывающие», правый из них с лабаром, на котором по-гречески написано «свят, свят, свят». Вся конха имела темно-синий фон.

В центре тябля (триумфальной арки), над конхой, — изображение Спаса Нерукотворного (св.Убрус), справа от него сильно испорченное изображение трех святых-воинов (по О.Домбровскому — средний, вероятно, Федор Тирон), правее их — большое изображение Благовещения, здесь просматривалась фигура Св.Марии с пряжей.

Слева от св.Убруса —архистратиг Михаил в одежде воина (красный плащ, панцирь с нагрудником) и более крупная, но очень плохо сохранившаяся фигура архангела Гавриила, относящаяся к композиции Благовещения.

В центре плафона — медальон с образом Знамения, поясное изображение Богоматери с воздетыми руками. По обе стороны Знамения изображены фигуры в рост весьма плохой сохранности (несколько лучше сохранилась левая). О.Домбровский, отмечая пышность одеяний и корон на головах, высказал предположение, что это — ветхозаветные пророки. Однако авторы работы, посвященной средневековым памятникам Трапезунда, вероятно, не вчитывались в текст описания Мангупской фрески, а, основываясь на цветной иллюстрации головы левой фигуры (Домбровский 1966), определили ее как изображение св.Константина, и с этим вполне можно согласиться. Черты лица (уплощенные скулы, узкие, редкие усы и борода, приплюснутый нос) О.Домбровский истолковал как проявление монголоидности. На самом деле они характерны для образа св.Константина. Это хорошо видно по трапезундским фрескам (Сармачиклы), датированным концом XIV — началом XV в. В иконографическом типе лика св.Константина подчеркнуты сухощавые аскетические черты, хорошо просматривавшиеся в мангупском изображении.

Вторая фигура этой композиции, судя по сохранившимся деталям, может трактоваться как св.Елена (корона, длинные локоны, задрапированная шея).

Над окном в южной стене очень плохой сохранности изображение жен-мироносиц; на северной стороне каких-либо деталей росписей рассмотреть невозможна.

А.Г.Герцен, Ю.М.Могаричев  

Мангуп - южный монастырь

Расположен в южном обрыве плато в 300м к западу от расселины с укреплением А XIX. В монастырь ведет искусственный туннель, начинающийся в небольшом естественном гроте в подножии обрыва и заканчивающийся на краю площадки обширного, также естественного, грота в средней части обрыва . В восточной стороне грота находится пещерная зальная церковь. В ее центральной и северной части, в полу, — три вырубные гробницы с пазами для установки каменных плит перекрытия. Стены наоса украшены профилированным карнизом. В потолке пробиты проушины для подвешивания хоросов.

Невысокая алтарная преграда отделяет наос от алтаря. Пространство между ней и плечами апсиды образовали жертвенник и диаконик. В апсиде — глубокая арочная ниша. Ниже нее проходит синтрон с прямоугольной вырубкой в центре, вероятно, «горнее» место. В центре пола алтаря — вырубное прямоугольное в плане основание престола с четырьмя гнездами по краям и одним в центре. Фресковые росписи покрывали апсиду с нишей и конхой, арку, окаймляющую алтарь и фриз над аркой.

Перед входом в храм находится провал в расположенное прямоугольное в плане помещение, обрушившийся пол которого обнажил часть входного туннеля. Оно могло служить ризницей или кельей.

В западной части большого грота расположены четыре вырубных помещения, служившие, вероятно, кельями. Вход в помещение № 1 с площадки грота через прямоугольный проем размерами 1,76 х 0,86 х 0,40м. Площадь помещения — 5,0 х 3,0м. На северной стене — следы прямоугольной ниши 0,70 х 0,64 х 0,45м. В западной стене ниша размером 0,90 х 0,60 х 0,40м с пазами для крепления деревянной полки. Помещение № 2 связано с предыдущим дверным проемом 1,60 х 0,78м с пазами для крепления дверной коробки. В северной стене вырублены пазы, возможно, для устройства деревянной лежанки. На потолке вырублен крест 0,24 х 0,24 м. В западной стене на высоте 1,2м над полом — прямоугольная ниша 0,50 х 0,30 х 0,25м. Южная стена частично обвалилась, скорее всего, в этом месте первоначально было окно. Помещение № 3 было устроено на краю скального выступа над обрывом. Вероятно, оно обрушилось еще в период существования монастыря. Впоследствии на этом месте был устроен деревянный балкон, от которого сохранились гнезда балок, вырубленных в скале. От помещения № 4 сохранились только 6 ступеней, ведущих в обрыв, остальное обрушилось.

На площадке грота находились, вероятно, какие-то хозяйственные сооружения, следы которых были обнаружены при исследовании 1971 г.

В 40 м к западу от входа в монастырь в неглубоком гроте 1-го яруса высотой до 2м находится вырубная гробница. К ней ведут три скальные ступени. Длина площадки под навесом 4м, ширина до 1,70м, наибольшая высота до 2м. Вырубная могила прямоугольной в плане формы с двухступенчатыми заплечиками имела размеры по дну 0,40 х 1,64м при глубине 0,70м. Судя по пазам, гробница закрывалась каменной плитой размером 2,20 х 0,90м. Раскопки, проведенные в 1971 г. М.Чорефом (руководитель экспедиции Е.Веймарн), открыли здесь потревоженные захоронения без сопровождающего инвентаря. Судя по положению костей, погребение совершалось по христианскому обряду. В гробнице захоронено не менее 11 человек.

В 1973 г. экспедицией УрГУ (руководитель А.Романчук) перпендикулярно обрыву плато, в верхней части склона под монастырем, была заложена пятнадцатиметровая траншея, открывшая два скелета, лежавшие на материке на глубине до 0,7м от дневной поверхности. Склепы, могильные ямы и инвентарь не выявлены. Эти захоронения, совершенные на весьма крутом скате, без выраженных следов погребальных сооружений, носят, вероятно, случайный характер и не связаны с монастырем. Скорее всего, эти погребения появились после завершения турецкой осады города в конце 1475 — начале 1476г. Подобные им были обнаружены в различных местах на поверхности плато.

Весьма скудные фрагментарные находки из траншеи предварительно были датированы в диапазоне XII-XVI вв. К сожалению, более подробные характеристики этих материалов не публиковались. Однако можно утверждать, что они не связаны с монастырем, а могли быть сброшены с поверхности плато.

Столь же маловыразительные материалы были обнаружены в 1971 г. при небольших зачистках на краю площадки большого естественного грота (около выхода из подземной галереи). Здесь выявлены остатки вырубленных в скале желобов и прямоугольный в плане небольшой водосборный бассейн. В отчете упоминаются неопределяемые обломки красноглиняной керамики. Однако среди них были и довольно крупные фрагменты поливных мисок с подглазурной росписью и прорезным орнаментом, относимые обычно к XIV-XV вв.

А.Г.Герцен, Ю.М.Могаричев